Good man (previously unreleased)

And I said let's go for a walk

2008-06-11T15:24:50Z

Улицу Вурмбштрассе, по которой я каждый день хожу на работу, перегородили заборами неделю назад. Оранжевые жилеты пилили фрезами асфальт, выкорчёвывали бордюры, долбили землю отбойными молотками. Турок, выставляющий на этой улице каждое утро лотки с фруктами на продажу, томился около своей лавки — некому было пройти мимо и купить случайный арбуз. Вчера забор убрали. Я чуть было по привычке не пошёл в обход, а потом увидел что было сделано. Тротуар расширили в два раза за счёт проезжей части.

Тротуар расширили в два раза за счёт проезжей части.

Завидуй, московский читатель. Мне, как и Яне palyana, хочется заплатить этому обществу какой-нибудь дополнительный налог. Пусть себе процветает.

Small is the new big

2008-05-14T16:07:14Z

Свежий номер «Монокля» посвящает большую статью в разделе «Affairs» (пусть читателя не смущает её размер на сайте — на бумаге намного больше) месту, куда я мечтаю поехать следующим летом — Фарерским островам. Друзья на это моё признанием обычно пожимают плечами — что там интересного? — но там была, например, Яна palyana — почитайте, что она пишет, и посмотрите, что она там видела.

«Монокль» рассказывает, что фарерцы мечтают повторить туристический успех Рейкьявика, который, кстати, существенно дальше от обитаемой Европы, и полагают, что им для этого нужно стать… ммм, как бы это сказать… клёвей. Как и в Исландии, интеллект на Фарерах в почёте (именно за это я люблю север Европы сильнее, чем любое другое место, из тех, где я был), так что при должных усилиях у городской части островов есть все шансы стать привлекательной для туристов.

Но я поеду туда в любом случае, даже если там не будет аналога исландского «Sirkus» из клипа «Triumph of the heart» — слишком странны эти острова антропологически. Например, сельское население Фарер возрастает летом почти на 50% — фарерцы из городов (в основном, из Торсхавна) уезжают «домой». На удалённых островах живёт очень мало людей, скажем, на острове Димун живут две семьи по фамилии Димун (семь человек), но «Атлантик Эйрвейз», фарерская государственная авиакомпания, поддерживает регулярные вертолётные рейсы туда. Автобусы, соединяющие города, не заезжают на городской автовокзал, если никто не забронировал билет до этого города или из него. Если автобусный билет бронирует один пассажир, то за ним приезжает такси, правда, по цене автобусного билета.

Цивилизованная страна с очень маленьким населением всегда впечатляет; я помню свои впечатления, когда в обычном баре в Риге встречаешь режиссёра вполне международного уровня, или когда в Норвегии на дверях вокзала деревушки с населением шесть человек видишь наклейку «Wi-Fi» — на Фарерах это всё обещает быть усиленным в десятки раз.

А пока остаётся разглядывать, что нам может предложить Фликр.

Но вы ведь не можете назвать шрифт в честь страны?

2008-05-10T17:45:32Z

Показывал любимой фильм «Гельветика» и со второго раза сам разглядел забавную вещь: по мере того, как понижается возраст интервьюируемых, в глазах у них всё меньше блеска.

Поясню. Фильм начинается с интервью, которые дают живые классики шрифтового и графического дизайна, вроде 76-летнего Массимо Виньелли (в фильме делается упор на разработанную им систему навигации и карту нью-йоркского метро) или почти 90-летнего Германа Цапфа. Все они последовательны по отношению к обсуждаемому шрифту — Гельветике — он хорош, потому что он хорош. Затем слово передаётся более молодым классикам гранж-дизайна, вроде Дэвида Карсона (у меня есть книга в которой представляются его работы, очень смешные) — они, разумеется, Гельветику ненавидят. Уже почти в самом конце фильма вступают совсем молодые группы, вроде «Build» или «Experimental Jetset» (в выдумывании интересных названий они, конечно, преуспели).

Молодёжь не против Гельветики, она не вызывает у них немедленной реакции нонконформиста, которую демонстрирует тот же Карсон, но создаётся впечатление, что они скучны, что они просто очень хорошо знают правила и не собираются их нарушать. Ну разве нарушишь что-то, скажем, вёрсткой пяти строчек (в Гельветике) и чернильным пятном?

Как оптимист, я, тем не менее, усматриваю в этом положительный аспект. Гранж-дизайну было всё равно что ломать, потому не было ничего важнее чистой творческой энергии — а откуда ей браться, как не из нонконформизма? Когда появилось новое поколение дизайнеров, им уже неинтересно было бунтовать. Этим же, кстати, музыковед Горохов объяснял у себя в книге моду 90-х на лаунж, сменившую моду 70-х на панк. Как бы то ни было, движение дискурса вперёд возможно только за счёт бунтовщиков, но исключительно тех, кто понимает, против чего он бунтует, как понимали, скажем, действующие лица французской «Новой волны» в кино. Если герои последних минут фильма найдут в себе силы выбросить в окно свои коллекции виниловых фигурок, то, возможно, следующий фильм в духе «Гельветики» снимут про них.

One tomorrow's party

2008-03-12T11:37:44Z

Амёбы

2008-02-11T01:26:57Z

После долгого перерыва заглянул на сайт журнала «Большой город» — это теперь какой-то вселенский ужас. Колонка «Словарь» одной левой укладывает даже «Выбор Таты Олейник», а это уже тянет на абсолютный рекорд, ведь развивать собственные достижения — мудрёное умение. Познавательное чтиво. Необходимость введения отдельного слова для обозначения (цитирую) «юных девушек, которые ходили на вечеринки „Idle Conversation“, а теперь „Thriller“» подтверждает гипотезу о том, что соскоб т. н. субкультур, повлиявших на составление «Словаря», был чрезвычайно тонок — это как раз те лица неопределённого пола и возраста, которые помогают делать выбор Тате Олейник. Именно они используют слова из «Словаря», но делать это они начали только после выхода номера в свет.

Я бы не написал эту заметку, если бы не фривольное сравнение, которое пришло мне в голову. Понятно, что объекты, составляющие информационное поле, связаны друг с другом; тот, кто видел вот это видео, улыбнётся шире, когда наткнётся вот на эту картинку (я, к сожалению, видел и то, и другое). Словарь из «Большого города» от начала до конца основан на единицах информации для одноклеточных — и здесь можно было бы поставить точку, если бы этот термин не придумали в самом «БГ». Очевидно (хотя и жалко), что равняться на любимое издание Эустаса Тилли «Городу» никак не получится — его аудитория скорее похожа на то, что Эустас уже больше 80 лет разглядывает в свой монокль.

Мир глазами Гарпа-3

2007-12-20T23:51:43Z

Немецкий, немецкий — как же приятен становится любой язык, когда его начинаешь понимать. Раньше мне казалось, что обслуживающий персонал становится со мной вежливей, если к ним обращаться по-английски (становишься похож на конкистадора-завоевателя), теперь мне кажется то же самое про немецкий (с ним становишься похож просто на вежливого иностранца).

Сегодня делал презентацию для всей нашей группы, по просьбе начальства сократил её до двух слайдов, на первом из которых поместил фотографию пляжа на Мальдивах — ну такую, с пальмами, нависающими над лазурью, — а на втором — фотографию новогодней ёлки с зажжёнными лампочками. «Неконвенциально!» — заявил мне один коллега, прежде чем убежать пить пунш. Последние два рабочих дня в этом году.

В Москву вылетаю в воскресенье, суббота должна быть странным днём, посвящённым себе, — я уже сделал все предновогодние дела, купил всем подарки, запланировал новогоднее путешествие и уговорил всех участников. Вот только AirBerlin не летает в Москву по субботам, так что мы с вами, друзья, увидимся на день позже.

Мир глазами Гарпа-2

2007-12-19T18:22:43Z

Был консультантом на техническом митинге в Дьёре — 120 километров от Вены, но это уже Венгрия, — мой босс вёз меня на своей машине и за полтора часа пути разговор успел перейти от обсуждения «проектов и сроков» к вопросу о том, была ли моя последняя девушка блондинкой или брюнеткой. Последние два дня — синтез работы и остальной жизни, и хотя я никогда особенно эти две вещи не разделял, сейчас одно смешивается с другим особенно сильно. Корпоративная вечеринка, например (в Австрии, кстати, на корпоративных вечеринках к каждому имени в списке приглашённых не приписывают «+1», как в России), — непаханное поле для социализации, рабочую почту можно проверять дома, а личную — на работе, а самым вкусным пуншем угощают не девушки в киосках на рожденственских рынках, а коллеги — когда умудряются, наконец, раздобыть с соседнего этажа электроплитку.

Внутренний проект в нашей компании, который я вынашиваю с сентября, получил, наконец, свою долю паблисити. Теперь я счастливый обладатель возможности принятия действительно важных для меня решений, необходимости выходить на ковёр к CEO и турваучера на €800. Поеду летом на Фареры.

Мир глазами Гарпа

2007-12-17T09:09:02Z

Общество, где хорошо развита возможность потребления, оказывается на поверку не таким уж и ужасным: приобретение подарков, например, укладывается в сжатые сроки. В субботу помимо прочего купил себе неформальный пиджак для Нового года (брюки были куплены ещё на прошлой неделе и продавец пиджаков вскользь отметил: «und Ihre Hose ist cool») и книгу «Animation Now!». Юбилейное издание — издательству Taschen, оказывается, исполняется в этом году всего двадцать пять лет, — стоило €9,99 (здесь это мало). В прошлом году, когда и мне было двадцать пять, юбилей праздновал лейбл Touch, а сейчас вот — Taschen. Испытываю в связи с этим ощущение, похожее на то, которое бывает, когда видишь по телевизору, как чемпионат мира по, ну не знаю там, фигурному катанию выигрывает девочка лет шестнадцати — а твои шестнадцать лет уже давно на Большом Каретном.

Свежее городское наблюдение: автобусы, прежде раскрашенные в красный цвет и гордо демонстрирующие строчку «Die Stadt gehört Dir» («Город принадлежит тебе») — слоган Wiener Linien — облачились с колёс до крыши в рекламу SkyEurope, но слогана не потеряли. Дизайнеры внедрили строчку в рекламное изображение. Я воспринимаю это как апофеоз человечности и ужасно этой мелочи рад. Чего и вам желаю.

Снег

2007-12-14T22:02:10Z

Спустя полгода после майского эксперимента, включаюсь и я.

* * *

Корпоративные отношения, объединённые с личными, оказываются сильнее просто личных: из всех моих друзей за полтора года моего проживания в Вене первым воспользовался моим гостеприимством Миша mixen, которого прекрасная компания Microsoft отправляла в Мюнхен — но разве далеко, в конечном-то итоге, Мюнхен находится от Вены? Совсем нет, как оказалось. Привет, Миша.

Stumbled upon

2007-09-22T21:30:05Z

Elephant with Exploding Dust, Amboseli 2004 by Nick Brandt

Попал под лошадь

2007-09-21T15:53:59Z

В этот раз костюмные дядьки тоже вошли в раж. Когда уже объявили перерыв на обед, коллеги телепатировали мне два метасообщения: «Не воспринимай всё лично» (даже и не собирался) и «Да, у тебя сегодня оказался тяжёлый день» (да что вы вообще знаете о тяжёлых днях). И судя по выражениям их лиц, я был похож (да и чувствовал себя тоже), как, знаете, вот мотоциклист, который по грязным холмам прыгает, взлетает высоко, зависнув в воздухе, думает: «Ой, бля», а потом грохается на землю, и мотоциклом ему ломает руку, а лучше ногу.

То есть понятно, что ты взлетел выше всех, но никто к тебе ничего, кроме сочувствия, не испытывает.

Это нужно отметить

2007-09-20T22:55:38Z

В «Ультиматуме Борна» на сто одиннадцать минут экранного времени есть где-то порядка двадцати секунд, когда за кадром не играет музыка — то есть не отстукивается ритм, совпадающий по скорости с бегом, и не гудят гуделки, призванные подчеркнуть напряжённость растиражированного момента окунания лицом в воду. Случается это в Танжере, когда наш герой прыгает с крыши на уличные столики, а потом забегает в марокканский дом; посреди этой обрушившейся звуковой пустоты бытовые шумы, смешанные с арабской речью, производят серьёзное впечатление — я в этот момент выпрямился в кресле, и вытянул в надежде шею.

Как и в остальные сто десять с лишним минут, разумеется, в фильме ничего не случилось, но мне кажется интересной теория о саботаже. Уставший стажёр-звукорежиссёр в какой-нибудь Кеннеди-Маршалл передвигает кусочек звуковой дорожки на двадцать секунд вглубь фильма: «Ну вот, вот, так же лучше, смотрите!»

Я хочу использовать этот журнал для того, чтобы обратиться к нему лично: мы слышим твои сигналы! Не прекращай борьбу! Свободу Анджеле Дэвис!

Taken in Vinnes, Hordaland

2007-09-02T14:49:15Z

В малой толике разобранных фотографий из Норвегии обнаружилась одна, которая становится второй любимой ever.

Самые любимые снимки делаешь тогда, когда об этом меньше всего задумываешься.

V.

2007-08-18T19:26:10Z

В институте я по совету кого-то из афишных обозревателей прочитал книгу «Выкрикивается лот 49» Пинчона. Шикарное название (на английском ещё лучше: «The Crying of Lot 49») въелось в голову навсегда — вместе с именем автора; книга понравилась, но мало ли в 21 год я читал книг, которые мне понравились? Это было годы назад, а вчера я рылся в стопках книг в книжном и уже собирался уходить, как на стойке с бестселлерами увидел знакомое имя: Against the Day by Thomas Pynchon. Я походил вокруг неё, почитал аннотацию, полистал и купил.

Дома я прочитал первую главу, ну и конечно, тут же полез в Википедию. Оказывается, Пинчона несколько лет подряд называют одним из главных претендентов на Нобелевскую премию, а «Against the Day» вышел в конце 2006-го, после большого перерыва в творчестве.

Пинчон сторонник историографической литературы, когда реально существующие люди участвуют в вымышленных событиях, а кроме того, физик по образованию, он использует текст как материал для изображения физических и математических процессов. В «Лоте 49», например, текст подвержен энтропии: роман начинается головокружительным информационным взрывом, но ближе к концу герои начинают действовать всё менее и менее активно, события пускаются на самотёк и развязки как таковой в нём нет — система из персонажей и окружающего их мира лишь приходит в какое-то стабильное состояние, «остывает».

«Against the Day» обещает покрыть временной промежуток в 40 лет, в качестве героев в аннотации упоминаются персонажи от Николы Теслы до братьев Маркс. Фанаты уже завели общедоступную вики: в хитросплетениях вопроса «кто есть кто?» можно провести вечность. Ну и последнее: в романе 1086 страниц, а ещё там используется написание «coördination», что точно указывает на то, что Пинчон зануда и педант, так же как и его издатель.

Я в предвкушении: редко когда оказывается, что из простого знакомства с именем автора вытекает так много.

Rrr-2

2007-07-03T22:55:48Z

Для меня всё то, что происходит в Москве ночью вдруг оказалось такой новостью, что захотелось написать что-то вроде того, что я писал год назад по такому же поводу в Вене. Но самое ужасное, что я ничего не помню. Была очередь фриков на последний ню-рейв в «Пропаганде». Потом мне уже ощупывали сумку и ставили печать на руку в «Икре». А потом мы уже подходим с Д. к «Теме», снаружи через окна видны ноги девушек, танцующих на столах, и Д. кричит мне с довольным лицом: «Да тут содом!»

В «Теме» играет песня, под которую в «Девяти песнях» Лиза показывает Мэтту как танцуют в Бразилии, мне шлёпают третью за вечер печать на руку, я впрыгиваю в душное помещение и тороплюсь в толпу, где танец более концентрирован — ведь я уже успел вам когда-то сказать, что «Девять песен» мой самый любимый фильм?

Никому из нас не удалось опьянеть, хоть бармен в «Икре» и рассказывал нам о достоинствах коктейля «Скользкие соски». Уже под утро мы вроде бы ловим с Д. такси: «А может быть давай лучше пройдём ещё до конца квартала?»

Конечно, давай.

* * *

Ностальгия — очень сильное чувство. Легко может поглотить все остальные.

* * *

Стоило мне пожаловаться, что в ЖЖ нет свежей жизни, как чья-то чужая лента (я опять не помню, чья) принесла находку: умницу и красавицу Машу Чаплин (привет, Маша!).

Владелец (владелица?) этой ленты! Если ты это читаешь — тебе обязательно надо меня познакомить с Машей! Пока я не уехал.

Galore

2007-06-28T16:00:10Z

Писать коды аэропортов мне наскучило, но у меня наступает первый длинный отпуск, который я получил в Австрии. Почти месяц, надо заметить — вот это страна победившего социализма!

Я прилечу в Москву завтра в пять утра. Захватываю последние два дня кинофестиваля; кроме него в расписании — прогулки за полночь, текила в «Пропаганде», всякие там «Винзаводы», сендвичи в «Люди как люди», умные разговоры с умными людьми, дурацкие разговоры с умными же людьми, маршрут «Кризис жанра»–«Билингва»–«ОГИ», всё как в последний раз, везде успеть, то есть всё как всегда это бывает в Москве.

Где-то числа 11-го я опять поеду в направлении северо-запада, посмотрю на псковского племянника, 13-го утром я в Риге, а вечером — в Осло. Далее — везде.

Увидимся.

Busta Rhymes

2007-06-23T18:57:22Z

Поезд

2007-06-19T22:25:59Z

Bevar Christiania

2007-06-09T15:21:13Z

Сегодня пожертвовал 10 крон в защиту Тибета от Китая — в Кристиании был. Удержался от соблазна купить косяк и дунуть, а если по-честному — Pusher street просто была пуста. Ну очень уж жарко. Но тут есть спасение: пошел на причал рядом с русалочкой, посидел на понтонах, поболтал конечностями в воде. Через пролив — уже Швеция. Яхты снуют.
Со мной в комнате китаянка-красавица живет (опять я за свое), ресницы красит по утрам, в город выходит только вечером и только с сумочкой. Из Лондона приехала — модная.

jj v post

2007-06-08T21:33:53Z

Вода здесь cуществует некоторым удивительно органичным способом — лучше для города и не придумать (или я просто в Стокгольме не был?). На набережных каналов целуются, едят смёрребрёд и рисуют пейзажи. А ещё каждая вторая фотография Копенгагена где угодно (включая карту моей камеры) изображает велосипед — здесь это тоже часть пейзажа.
Я бы здесь жил — хоть в последнее время я и узнаю все больше пригодных для жизни городов, этот от всех отличается. Хотя бы диакритикой в надписях: вот Blågårdsgade, например, — хочется глаза закатить от таких названий улиц.

post v jj

2007-06-07T23:10:27Z

В Австрии опять четыре выходных, ну я в Копенгагене, в общем. Самый впечатляющий момент в дороге был, когда на перегоне из Германии в Данию поезд погрузили на паром и повезли через пролив.
Пока что здесь самый спартанский хостел, что я видел, велосипедов больше, чем в любом посещенном мной городе и красавицы-хохотушки из Швеции.
Свободу Матиасу Русту, в общем.

You're out of time and inspiration

2007-05-11T22:39:47Z

Разобрался с фотографиями из Лиссабона и сделал первый в жизни сет на Фликре. Вообще, когда город нравится, то и фотографии оттуда нравятся тоже, а Лиссабон, на минуточку, теперь мой любимый город во всём мире. Самая-самая любимая — вот эта; я подражаю Родченко, так же как это делает безымянный фотограф на открытке из Португалии чуть выше.

Я лежал и плакал о том, что мне ничего не надо

2007-05-02T20:43:11Z

Меня Юля rawkspectator любезно снабдила новым альбомом «АукцЫона», и я, когда был в Испании, дал послушать песню «Падал» коллеге, который знает, например, что Arcade Fire и Bell Orchestre — это одни и те же люди. Он сказал, что это похоже на Радиохэд, and, you know, I don’t really like Radiohead. Я ходил часов пять с вопросом в голове о том, хорошо это или плохо — «АукцЫону» в глазах иностранца быть похожим на Радиохэд, садился написать пост об этом и не написал.

Потом я вернулся из Лиссабона, и сейчас даже понемногу выкладываю фотографии на Фликр, но тоже никак не напишу о том, что же там было такого прекрасного (а было много всего).

Послезавтра я лечу через Ригу в Псков на крестины своего племянника — стану крёстным отцом (oh, my!), — но об этом я тоже не писал. И пока мои друзья на полном серьёзе упражняются в регулярном лытдыбре, я думаю, что так много вещей, составляющих меня, проходят мимо этого журнала.

А потом наливаю чай (как хорошо, что я лечу в Ригу — замечательный латышский уже закончился) и думаю, что ничего страшного.

И ещё — у меня теперь есть и немецкоязычный блог тоже.

Я сегодня вышел, ходил и падал, ходил и падал

2007-04-25T22:16:08Z

Читаю восьмое издание «Введения в искусство кино» и там на странице 26, на полях главы «Creativity, Technology and Business» такая цитата:

В Америке каждый, где-то глубоко внутри, испытывает отчаянную потребность верить, что однажды, когда оковы падут, он сможет бросить свою работу оценщика стоимости жалоб, адвокатского секретаря, сертифицированного бухгалтера или даже бандита, и пойти снять своё собственное малобюджетное кино. В противном случае будущее кажется слишком блеклым.

Joe Queenan, critic and independent filmmaker

* * *

Тем временем Штефан Бетке выпустил свой шестой альбом — интереснее всех предыдущих. Мне всегда импонировала его способность не рвать майку на груди с выходом каждого диска, не становиться мессией на один раз, а постоянно производить вместо этого вот такой умеренно аккуратный продукт — в хорошем смысле этого слова. Рецензии на «Штайнгартен» сдержанные: да, диск хорош, вот оммажи к musique concrète, вот минимализм, развивающий идеи всего того, что Штефан выпускает у себя на ~scape; трилогию «1»-«2»-«3» «Питчфорк» вообще называет классикой, но общее впечатление такое, что критики кажутся растеряными: как же так, революции не произошло, а музыка так хороша? Мне это кажется апофеозом давно забытого классического метода работы: человек подходит к инструменту каждый день, без истерик, год за годом, раз за разом, пока (без бамбуковой палки над головой) не достигнет — в этом месте я намеренно не использую слово «просветления» хотя бы потому что жду от Штефана и седьмого альбома.

Первый и последний треки на диске называются «Warum?» (нем. «почему?») и «Pferd» (нем. «лошадь»). Первый — пример того, что получилось бы, если бы другой Штефан — «Mapstation» Шнайдер — умел бы пользоваться сломанным фильтром Waldorf 4-Pole; последний — то же самое, применительно к группе múm. Между ними бóльшая пропасть, чем вы можете представить.

…

* * *

Да, я вернулся из Лиссабона. Два месяца в скучной испанской столице несомненно стоили этой поездки. Следите за дальнейшими новостями.

potd

2007-03-27T13:02:14Z

Ходил на выставку в музей Тиссен. Одними портретами там прочерчена вся история изобразительного искусства за последние лет сто двадцать (Марчелла, представленная здесь, например, висит в разделе «Цвета модерна»). Картины привезены со всего мира; от списка музеев, из которых они взяты, кружится голова (можно представить, какая кропотливая работа проделана устроителями). Ещё голова кружится от некоторых портретов в отдельности, очень уж хорошо они смотрятся даже вне аналитического контекста выставки. Автопортрет Мунка, Ольга Хохлова пера Пикассо, Марчелла, плюс современники, вроде Дэвида Хокни — это то, ради чего стоит иметь глаза.

В прошлый раз: здесь.

Да, и вообще: у меня на ближайшее будущее запланирована карьера коллекционера.